Однако недавнее выступление российского президента на заседании клуба "Валдай" – в сочетании с политической линией государства в реальности – указывает на то, что это не совсем так. А вернее совсем не так. Во всяком случае, по некоторым направлениям работы.
По сути, на "Валдае" Владимир Путин в коротком комментарии раскрыл стратегию России в отношении Украины, и это действительно стратегия, то есть рассчитанный на длительный срок план работы, который должен привести к достижению крайне сложной цели.
А ещё эта стратегия не сулит ничего хорошего ни Украине, ни украинцам. Более того, дело обстоит даже хуже, чем думают самые антикремлёвски настроенные свидомые граждане.
Кремль вовсе не намерен ограничиться уничтожением Украины как государства. Похоже, он планирует ликвидировать украинскую нацию как таковую.
И чтобы понять это, достаточно внимательно прислушаться к сказанному Путиным на "Валдае" и внимательно присмотреться к уже проводимой российской политике в отношении Украины.
Но для начала полная цитата высказывания Владимира Путина:
"Но я считаю, и как и считал, что русские и украинцы — это действительно один народ. У нас есть люди крайних взглядов националистических как в России, так и на Украине. Но в целом, большинстве своём — это один народ. Народ одной истории, одной культуры. Очень близкий этнически.
Нас сначала разделили, а потом стравили. Но мы сами в этом виноваты. И мы должны сами найти выход из этой ситуации. Уверен, что здравый смысл восторжествует. И мы этот выход найдём".
Эта цитата особенно интересно – и на поверхностный взгляд противоречиво – смотрится в свете выбранного Кремлём вектора в отношениях с Украиной. Фактически Россия, используя антироссийскую настроенность Киева, в данный момент осуществляет полномасштабную стратегическую заморозку и разрыв связей с нашей юго-западной соседкой. Уничтожение экономических цепочек, импортозамещение украинских поставщиков, ликвидация газового транзита через Украину и т.д. и т.п. – новости приходят едва ли не в ежедневном режиме.
Если вдруг через несколько лет на Украине к власти придут пророссийские силы, ничего не изменится. Тренд будет продолжен, хотя бы потому, что уже будут построены российские предприятия, запущены обходные газопроводы, а украинская ГТС окончательно превратится в не реконструируемую рухлядь.
Даже если это чудо случится, и Украина обретёт пророссийскую направленность, ей всё равно суждено продолжать путь на дно деградации. Это результат текущего стратегического выбора российского руководства, развернуть который через несколько лет будет требовать таких грандиозных затрат, что на это никто не пойдёт.
На первый взгляд, это несколько странный выбор в отношении того, кого считаешь даже не братом, а ещё ближе – частью себя самого.
Однако эта противоречие легко снимается, если внимательно, буквально по предложениям разобрать вышеупомянутую цитату Путина.
Итак, по пунктам перевод с русского на общедоступный комментария Путина.
I. Русские и украинцы – один народ, который разделили, а потом стравили.
Это означает, что российское руководство согласно с известным мнением, что украинский национально-политический проект – искусственный, причём целенаправленно созданный как антирусский, антироссийский таран. Украинцы были частью русского народа со своими региональными особенностями, пока в конце 19-начале 20 века не был запущен проект украинского национального строительства, который сначала просто сформировал для них отдельную от русской идентичность, а в итоге всё пришло к нынешней ситуации.
II. Однако несмотря ни на что, мы – один народ, который найдёт выход из сложившейся ситуации.
Это означает, что Россией взят курс на принципиальное решение "украинского вопроса" — через ликвидацию украинского национально-политического проекта, через размытие украинской идентичности. Подход вполне логичный: если за несколько десятилетий удалось искусственно сформировать идентичность, то почему бы не попробовать провернуть обратный фокус — и ликвидировать её.
Не только Путин, но и многие другие российские государственные деятели регулярно повторяют мантру "русские и украинцы – один народ". Видимо, в следующие десятилетия мы всё чаще будем слышать эту фразу от самых разных людей.
Да, десятилетия. А вы как думали?
Национальные идентичности создаются десятилетиями и веками. Вряд ли обратный путь займёт много меньше времени. Тем более что тут недопустимо никакое насилие и принуждение, зато нужно много терпения и времени.
Именно этим объясняется текущая политика Кремля на разрыв связей с Украиной.
Украине придётся испить до дна антироссийскость и антирусскость своего политического проекта. Ей суждена ещё одна Руина в своей истории. А как показал прошлый опыт, этот процесс длится десятилетиями и порождает такой мрак и ужас, что люди в буквальном смысле разбегаются с этой территории.
Нечто подобное, судя по всему, прогнозируется и на этот раз. В итоге от слова "украинский" сами украинцы (во всяком случае, большая их часть) начнут шарахаться как от прокажённого. С ним будет связаны настолько кошмарные события и феномены, первые росточки (только росточки! – дальше будет куда хуже) которых можно ныне наблюдать на Украине, что это станет таким клеймом, что люди начнут от него всеми силами открещиваться.
Всё это время Россия будет стоять рядом с открытыми объятиями, и говорить "мы – один народ", а чуть позже начнёт добавлять "русский народ". И принимать всех, кто этого захочет, в себя и в русский народ.
А потом придёт время России вновь вернуться на дошедшую до полного ничтожества и деградации территорию. Только названия ей вернут исторические – Новороссия и Малороссия.
Бренд "Украина", возможно, останется за Галицией, хотя и это не факт. Этой торговой марке предстоит такая дискредитация, что она, скорее всего, окажется вообще никому не нужна.
Так, глядишь, через 100-150 лет украинская нация и закончится. А ещё через пару столетий украинский национально-политический проект станет небольшим (век – это мелочь по историческим меркам) эпизодом в истории России и русского народа.
Удастся ли этот план? Покажет время.
Но судя по комментарию российского президента, план у Кремля – стратегический план, прошу заметить, рассчитанный даже не на десятилетия, а на века – именно таков.